Кому— Рак, а кому — бизнес

По Закону все раковые заболевания у нас лечат бесплатно. Но те, кто столкнулся с онкологическим диагнозом, знают, что бесплатные лекарства можно получить, только если они есть в больничной аптеке. То есть далеко не всегда и не все. Потому приходится раскошеливаться на стороне. В итоге «бесплатное» лечение влетает в копеечку, а результат врач все равно гарантировать не может. И вот тут, как дар небес, появляется доктор с «уникальным методом лечения рака»…

Поток больных, отказавшихся от традиционного онкологического лечения (операция, лучевая и химиотерапия), наверно, никогда не иссякнет. Потому что страшно, больно и трудно расстаться с надеждой на выздоровление. А те, кто предлагает иные методы борьбы с раком, обещают полное излечение даже на поздних стадиях и отсутствие побочных эффектов. Как не поверить человеку в белом халате?

Цена чуда

Что подкупает больных в такой ситуации? Во-первых, медицинское образование тех, от кого исходит предложение. Большинство альтернативных методик было изобретено врачами. Например, нашумевший акулий хрящ еще в 1992 году двинул на рынок Уильям Лейн, врач по профессии.

Во-вторых, вызывает доверие наукообразное объяснение того удивительного факта, почему метод гораздо эффективнее, чем традиционное лечение. «Альтернативщики» смело заявляют: рак развивается потому, что организму не хватает витамина В17 (или клеткам не хватает кислорода, или «разбалтывается» иммунитет и т. д.), а наше лекарство эту причину ловко устраняет и приводит к выздоровлению.

На самом деле ученые до сих пор не знают, почему возникает рак, хотя существует два десятка гипотез и известны факторы риска, которые повышают вероятность заболевания. В-третьих, завораживает сам антураж: «альтернативщики» делают анализы, прописывают таблетки, уколы и капельницы, то есть лечат «по-настоящему».

Не подсчитать, сколько больных продали квартиры или влезли в долги, чтобы за это заплатить. Омелотерапия, чрезвычайно популярная в Германии и Швейцарии, обходится в 1,5–3 тысячи долларов за двух-трехнедельный курс инъекций экстракта омелы (листьев кустарника, растущего в Европе и в тропиках Азии). Лечение антинеопластонами (пептидами и аминокислотами, выделенными из крови и мочи здоровых людей) стоит 36–60 тысяч долларов за 4–12-месячный курс. Цена клеточной терапии, когда пациенту вводят клетки из зародышевой ткани животных, начинается от 5–10 тысяч долларов. Если что-то нельзя использовать на территории России, специальные конторы предлагают тур для лечения за рубежом.

Больные раком порой отдают за альтернативное лечение огромные деньги, которых хватило бы на самые современные и эффективные лекарства традиционной медицины. Дело в том, что рак, особенно выявленный на ранних стадиях, успешно лечится!

Нобелевка ждет

Предлогающие альтернативное лечение рака сетуют на зависть и ограниченность коллег, которые мешают внедрить их панацею повсеместно. «За открытие полагается Нобелевская премия, — говорит зам. директора МНИОИ им. Герцена по научно-клинической работе, доктор медицинских наук, профессор Алексей Бутенко. — Когда какая-нибудь лаборатория через СМИ во всеуслышание заявляет о своем открытии, мы вообще никак на это не реагируем. Знаем, что эти громкие слова ничем не обоснованы и не подтверждены. В лучшем случае это попытка успокоить спонсоров, которые финансировали работу медиков».

Совет для принятия решения

Если операция — единственное решение проблемы, никто не решит ее лучше, чем хирург-онколог.

Искать нетрадиционные методы лечения стоит, только если врачи оказались бессильны.

Ни один альтернативный метод сегодня не способен заменить традиционное лечение — хирургическое, лучевое, лекарственное. Отказываться от помощи онколога равносильно самоубийству.

Вы можете пройти курс альтернативного лечения, но ни в коем случае не отказываясь в это время от лечения традиционного.